Наиглавнейшее из искуссТВ?

«Через 20 лет не останется ни театра, ни книг, ни радио, а будет одно сплошное телевидение», - говаривал когда-то один из героев фильма «Москва слезам не верит». Интересно, а что думают на сей счёт работники кузбасского телевидения? Тем более, что его история насчитывает уже не два, а все пять десятков лет.

В графе «место рождения» - трамвай!

Не знаю, как вы, а я всегда с интересом читала интервью с людьми, которые заявляли: «А меня мама родила не в роддоме, а в самолёте (поезде)!..» Мне они казались немножко не такими, как мы, как будто место рождения накладывает свой отпечаток.

Принимая специальные меры…

Об оперативной обстановке в Кемерове рассказывал на встрече с журналистами Владимир Ницук, начальник УВД по г. Кемерово

Юрий Светлаков: полвека на ТВ

- Юрий Яковлевич, начну с традиционного вопроса, без которого нельзя: как вы пришли на телевидение?
- Я после окончания горного техникума геодезистом работал в Управлении главного архитектора города Прокопьевска. Раза два пробовал поступить во ВГИК, пока один из преподавателей, Роман Николаевич Ильин, не сказал мне: «Деточка, пока будешь работать геодезистом, во ВГИК не поступишь. Тебе надо заниматься своим операторским делом. Попробуй устроиться на вашу телестудию». 7 сентября 1963 года, в яркий солнечный день, я, в кирзовых сапогах, с фотографиями под мышкой, шел устраиваться на работу на Кемеровскую студию телевидения, находившуюся тогда на окраине города, посреди полей. А там, на втором этаже студии, в кабинет директора вела длинная ковровая дорожка. Я по такой и не ходил никогда.
Директор телестудии Дмитрий Иванович Култаев вызвал по телефону оператора, чтобы оценить мои детские фотоработы. Через минуту ворвался, как буря, кинооператор Фотин. Просмотрел фотографии и улетел, на ходу бросив: «Берем!». Так меня взяли. На маленькую зарплату, раз в десять меньше, чем была у геодезиста. Уже на следующий день поехал на съемки в Белово на цинковый завод с оператором Анатолием Кандинским.
- Так Вы с детства фотографией занимались?
- Я и самодельные кинокамеры изготавливал! Самую первую сделал деревянной, на уроках вытачивал зубчатые барабаны, грейферные механизмы для нее. Я бредил кино. В те времена кроме отечественных лент показывали и зарубежные фильмы, в них в начале стоял титр: «Этот фильм взят в качестве трофея после разгрома немецко-фашистских войск под Берлином». Были и «Тарзан», и «Тарзан в западне», «Под кардинальской мантией», «Капитан армии Свободы», «Девушка моей мечты»... Конечно, никаких съемочных камер тогда в продаже не было, поэтому и решил сделать такую самостоятельно. Она у меня и снимала, и показывала. Ручку заставлял брата крутить, а мы с другом наряжались пиратами и на краю отвала драку устраивали. Несколько кадров той съемки даже сохранились. А потом я придумал широкоэкранную систему кинематографа, в то время, когда у нас никакого широкоэкранного кинематографа в помине не было. Во многом благодаря этому изобретению я и во ВГИК поступил. На экзамене один преподаватель говорил другому: «А знаешь, вот этот парень придумал широкоэкранную систему».
Не хочу никого обижать, современные журналисты тоже работают, но ценности стали иными.

- А если сравнить телевидение тех лет и современное?
- То телевидение было более открытым, а те люди - первопроходцами. Они не знали, как снимать и что снимать, но было огромное желание работать, была искренность и любовь к зрителю. В этом разница. Современное же ТВ ориентируется на то, как на всё посмотрит руководитель. Сегодня из передач изчез человек, зато есть «развлекаловка», какие-то рубленые новости, которые, в основном, делаются по заказу сверху. Не хочу никого обижать, современные журналисты тоже работают, но ценности стали иными.
- И каков, по-Вашему, современный журналист?
- Он послушный. Ему сказали, вот это сделай так, вот это убери, он и выполняет. Непослушных нынче не держат, от них избавляются, будь они даже сверхпрофессионалами. Нам открыто сказали: кончился ваш «долбаный социализм», настал капитализм, а тут главное деньги. Дошло уже до того, что в театре актеры себе роли покупают. Хочешь сыграть Гамлета, например? Заплати столько-то, за второстепенную роль – поменьше.
- Юрий Яковлевич, знаю, что вы преподаете операторское мастерство в КемГУКИ. Сложно быть преподавателем?
- На кафедре кинофотомастерства я работаю уже более тридцати лет. По сути дела, я единственный, кто остался на кафедре с момента ее возникновения, как фикус в кадке. В преподавательской деятельности придерживаюсь важного для меня принципа – обучать не рассказами, а показами.
- Изменились ли студенты за годы Вашего преподавания?
- То, что произошло на телевидении, по сути дела, произошло и с кафедрой, и со студентами. Раньше многие до поступления в ВУЗ уже попробовали себя фотографами и операторами. Сегодня какие-то студенты равнодушные: спят на уроках, их надо развлекать, а эта развлекаловка не приводит к добру. Прежние были начитаннее, что-ли. А с нынешними говоришь о Шварце, о Гайдаре, о Толстом - они не знают, кто это. База, с которой они приходят из школы, совершенно другая. Это не их вина, это их беда, их с детского садика так учили.
- Юрий Яковлевич, а Вы сейчас творчеством занимаетесь?
- Сейчас веду занятия в клубе документального кино в Областной библиотеке им. Федорова. Фильмы продолжаю снимать. Сделал картину про внучку Катю «Что за прелесть эти сказки!», фильм про главу города Мариинска, фильм «Чкалов», две серии. Но пока «в стол».

Беседовала Полина Ангырбын
Комментарии
Комментирование доступно только зарегистрированным пользователям